Мы поднимаемся по лестнице — сын считает ступеньки. Идём по двору — считает машины. Вечером в окно пересчитывает освещённые окна в соседнем доме, а за чаем — печенья в вазе, причём дважды: до и после того, как одно съел.
Ему пять, осенью идёт в подготовишку, и счёт сейчас его любимое дело. Никаких занятий по расписанию у нас нет: он ведёт, мы поддерживаем. Расскажу, как это выглядит на практике. Оговорюсь: я не педагог, это опыт одной семьи.
Счёт начался сам, из жизни
Я не помню момента, когда мы «начали учить числа». Помню, как он в лифте потянулся к кнопке и назвал этаж. Потом стал считать ступеньки на нашей лестнице — их двенадцать, и он знает это точнее меня.
Мне тут важно одно наблюдение: числа его заинтересовали в деле, а не на листе. Кнопка лифта, номер дома, страница книжки, цена на ценнике — всё это работает, потому что настоящее. Наша роль оказалась скромной: отвечать на вопросы и подкладывать материал, когда он просит.
Что мы делаем: держим цифру рядом с количеством
Единственное, что я назвал бы приёмом. У нас на стене висит лист, где рядом с каждой цифрой нарисовано столько же предметов: у пятёрки пять кружков, у семёрки семь. Не отдельно знак и отдельно счёт, а всегда вместе.
Работает это просто. Он пересчитывает предметы пальцем, называет результат — и видит рядом цифру, которая это записывает. Никто ничего не заучивает: связь возникает сама, потому что она всё время перед глазами.
И ещё одно, чем я доволен: на листе только те числа, которыми он уже пользуется. Сначала было до пяти, потом до десяти. Второй десяток появился, когда он сам про него спросил, — и это, по-моему, лучший момент, чтобы его дать.
Открытия, которые он сделал сам
Вот эта часть мне нравится больше всего. Я ничего из этого не объяснял.
- Порядок не важен. Он посчитал печенья слева направо, потом справа налево — и обнаружил, что получается то же самое. Сообщил мне об этом как о новости. Взрослому это очевидно, а для ребёнка это настоящее открытие про природу чисел.
- Ноль — это смешно. Мы съели все печенья, и он заглянул в пустую вазу: «ноль печенья!» Весь вечер потом находил, чего у нас ноль: ноль слонов, ноль машин на столе, ноль пап на потолке. Ноль он теперь понимает лучше, чем некоторые взрослые понимают отрицательные числа.
- Счёт годится для справедливости. Печенья он делит сам и придирчиво: «тебе три и мне три». Заодно выяснил, что шесть — это три и три, а пять по-честному не делится, поэтому пятое надо разломить.
- Своя цифра. Пятёрку он нашёл на листе и носит показывать гостям: столько ему лет. Это его личная цифра, и уважения к ней у него больше, чем к остальным.
Игры, которые выбирает он
Карточки с цифрами лежат у него в комнате, и он достаёт их сам. Игры простые, и почти все придумались по ходу:
- Дорожка по порядку. Раскладывает 1–10 и идёт по ней пальцем, как по маршруту.
- Какое число убежало. Его любимая: я убираю карточку из ряда, он ловит пропажу. Ловит быстро.
- Найди пару. Карточка с цифрой и карточка, где столько же предметов.
- Магазин. Расставляем игрушки с ценниками из карточек, и он честно считает, сколько надо «заплатить».
Магазин, кстати, придумал он. Мы просто не мешали.
Соседи чисел понадобились ему для дорожки
Когда он стал выкладывать длинные дорожки из карточек, ему захотелось точно знать, кто за кем стоит: что идёт перед восемью, что после четырнадцати. Не потому что взрослый спросил, а потому что дорожка должна быть правильной.
Тут пригодилась числовая линейка: числа выложены в ряд, соседи видны, можно ткнуть пальцем и проверить себя. Пара недель — и порядок стал таким же своим, как счёт ступенек.
Состав числа пришёл из печенья
История с честным делением привела нас к самому полезному, что бывает перед примерами: из каких пар складывается число. Шесть — это три и три, а ещё четыре и два, а ещё пять и один.
Он это выяснил на печенье и конструкторе, а мы потом просто дали ему листы, где то же самое нарисовано домиками. Плюс и минус после этого пошли легко: складывать он, по сути, уже умел, оставалось узнать, как это записывают.
Чего мы не делаем нарочно
Не превращаем в занятие. Счёт у нас живёт в лифте, на кухне и во дворе. Как только это становится «сядь, позанимаемся», азарт падает — а азарт тут главный ресурс.
Не проверяем. Спрашиваем только по-настоящему: «сколько нам нужно ложек?», «сколько тут яблок?». Он отвечает охотно, потому что ответ кому-то нужен.
Не гонимся за сотней. Считать до ста наизусть — красивый фокус для гостей. Нам интереснее, что он делает с первым десятком: делит, сравнивает, торгуется в магазине.
Не забегаем вперёд его вопросов. Новое число, новая игра, новый лист появляются, когда он о них спросил. Пока работает безотказно.
Что дальше
Осенью подготовишка, и счёт там будет уже своим, обжитым. Мне даже интересно, что он придумает с числами следующим: пока каждый месяц приносит что-то новое, о чём я не догадался бы.
А главный вывод для себя я сделал такой: моя задача — не научить считать, а не мешать этому происходить и вовремя подкладывать материал. С таким ребёнком это, честно говоря, несложная работа.
С какого возраста показывать цифры?
Хороший ориентир — вопросы самого ребёнка: кнопки лифта и номера домов обычно вызывают их в 3–4 года. Отдельно «садиться за цифры» не обязательно: достаточно, чтобы знак и количество были рядом и попадались на глаза.
Сколько чисел давать за раз?
Столько, сколько ребёнок просит. Мы печатаем лист только с теми числами, которыми он уже пользуется, и добавляем новые по его вопросам — так лист всегда «свой», а не наполовину незнакомый.
Во что играть с карточками цифр?
Разложить дорожку по порядку, поймать пропавшее число, найти пару «цифра — столько же предметов», устроить магазин с ценниками. Лучшие игры обычно придумывает сам ребёнок — стоит дать карточки в свободный доступ и посмотреть.
Нужно ли объяснять ноль?
Достаточно показать: съели все печенья — в вазе ноль. Дети подхватывают мгновенно и начинают сами искать, чего у них ноль. Это одна из самых весёлых тем в счёте.
